Суббота, 24 июля, 2021
Домой История любви «Люблю сына соперницы, как своего родного»

«Люблю сына соперницы, как своего родного»

Надя воспитывает троих детей: старшей Дашеньке 9 лет, Тане — пять и Леше – тоже пять. Младшие ходят в одну группу детского сада. Похожи, как две капли. Многие родители думают, что они двойняшки – такая схожесть, да и возраста одного… А когда узнают о том, что дочь старше сына на два месяца, недоумевают: как так? Все просто: Леша – вовсе не родной сын Нади, хотя женщина признается, что любит его не меньше дочерей. Как же так случилось?

У Нади очень необычная история, в которую она и сама, порой, верит с трудом. Когда рассказывает о себе, часто плачет.

— Лешу я полюбила еще в школе, — говорит она. – Он учился в параллельном классе, ничем не выделялся, но в десятом классе я просто потеряла от него голову. Плакала, не спала ночами, скатилась на тройки. А когда, на школьной дискотеке, он пригласил меня на медляк, поняла, что никогда его не отпущу.

Мы поженились на втором курсе: я училась на учителя иностранного языка, Леша – на инженера. На четвертом курсе я забеременела, у нас родилась Даша. На радостях мои и его родители купили нам двухкомнатную квартиру. Это было настоящее счастье. Такие молодые – и уже жили отдельно, в своих стенах!

По специальности Леша работать не стал. После окончания университета отец через знакомых устроил его в госучреждение. Зарплата достойная, перспективы… Я же сначала взяла академический отпуск, а потом все-таки доучились и защитила диплом. В школу, правда, устраиваться не захотела, стала работать репетитором. Так получалось и с дочкой заниматься, и деньги зарабатывать.

Признаюсь, что чувствовала себя совершенно счастливым человеком. До зимы 2014 года. Именно тогда я узнала, что у мужа появилась другая женщина. Как, наверное, часто бывает в таких случаях, подсказала хорошая знакомая. Встретила на улице и ехидно намекнула: «Твой-то теперь на обед не приходит? Все Женечку из юротдела откармливает?»

Конечно, я была в шоке, потому что даже не предполагала, что супруг мог кем-то увлечься. Мы же, кроме друг друга, никого и не знали, и он у меня первый, и я – у него. Долго я вынашивала мысль с ним поговорить, но так и не решалась. Вместо этого читала его переписки с Женей, стирала рубашки, пропитанные ее духами, выбрасывала из карманов его куртки забытые улики. Я надеялась, что это пройдет. Но, когда он стал не только задерживаться на работе, но и ездить по выходным в какие-то командировки, как с ума сошла.

Узнав номер дома, где жила Евгения, я отправилась к ней во двор. Приходила так несколько дней, пока не встретила ее, выходящую из подъезда. Подошла, представилась. Рассказала, что люблю мужа и не хочу терять, напомнила, что у нас маленькая дочь. Надеялась, что она, как женщина, тем более старше меня лет на восемь, поймет и, даже если не извинится, пообещает не ломать семью. Но ошиблась. Любовница мужа очень рассердилась на меня, стала отчитывать за то, что я устроила за ней слежку, пригрозила полицией и заявила, мол, надо было раньше за мужа бороться, а теперь уже поздно. Стало ясно, что эта женщина не отступит.

Придя домой, и проплакала несколько часов. Но решила идти до конца. С тех пор каждый вечер, несмотря на свою жуткую усталость, я устраивала супругу романтические вечера: вкусный ужин (раньше все делала на скорую руку), изысканное нижнее белье, сюрпризы в постели. Не могу сказать, что он был очень рад всему этому, я видела – чувствует себя неудобно, но главное произошло – я забеременела.

Для Леши эта новость не стала счастливой. Он даже просил сделать аборт – срок-то небольшой. Но для меня появление второго ребенка казалось последним шансом на восстановление семьи. Я напомнила мужу, что он всегда мечтал о сыне, а на полагающийся мне маткапитал предложила купить «трешку». В общем, уговорила.

Думала, все плохое осталось позади, но ошиблась. Примерно на третьем месяце беременности мое самочувствие резко ухудшилось: мучал токсикоз, сильные головокружения, сонливость, стали оттекать ноги. Вскоре я попала на сохранение в больницу. Дочка все это время была с бабушками, а вот муж… Говорил, что один дома, но я-то знала, с кем он и что делает. Это сводило меня с ума. Я звонила ему по ночам, кричала, плакала, даже проклинала – всякое было. Многие женщины, пережившие тяжелую беременность, меня поймут.

Примерно с четвертого месяца я очень располнела, даже несмотря на то, что практически ничего не ела, а сонливость и тошнота продолжали сводить с ума. Я даже передать не могу, каким шоком в это время стало для меня известие о том, что Женя тоже беременна.

Узнала об этом от нее самой: написала мне в личном сообщении с соцсети. И еще добавила: «В отличии от тебя беременность меня красит». Помню, я тут же позвонила мужу, но от стресса потеряла голос и только прошептала: «Приезжай». Он приехал и признался: любит Женю, хочет уйти, готов помогать.

Я упала на колени. Умоляла его не бросать меня, и даже пригрозила, что сделаю что-нибудь с собой, если он уйдет. Леша остался. Правда, радости никакой это не принесло. Я знала, что он все равно встречается с Женей. А та выставляла фотографии со своей большой грудью, округлившимся животом и самое ужасное для меня – она написала, что будет мальчик. А мне УЗИ показало девочку.

В январе 2015 года я родила Таню, а спустя два месяца у Жени появился сын. Назвала в честь отца, Лешей. Тот был счастлив. И сказал мне, что хочет развестись. Я не могу передать свое состояние. Жить не хотелось. Все время думала о том, что всё теперь бессмысленно.

Когда Танюше было месяцев пять, Алексей подал на развод и предложил, что, если мне так сложно, забрать к себе Дашу. Это было последней каплей. Опросив знакомых, я вышла на какую-то ведунью из района. Приехала к ней, объяснила ситуацию, отдала последние деньги (мама и подруги помогли), чтобы сделать так называемый «отворот». Никогда не верила в эти истории, но жизнь, как говорится, заставила.

Бабуля что-то начитала над фотографией мужа, потом разрисовала фото Жени какими-то крестами и кружочками – да я уже и не помню чем. Оставшиеся ритуалы я доделала сама спустя несколько дней. Это дало мне на некоторое время надежду. Но спустя три месяца (после срока на примирение) мы с мужем все-таки развелись. Еще через месяц он женился. А еще через полгода, когда я постепенно начала успокаиваться и думать, как жить дальше (у меня даже постоянный поклонник в соцсетях появился), Женю насмерть сбил автомобиль – перебегала дорогу в неположенном месте.

Леша очень переживал. За несколько месяцев после смерти жены потерял двадцать, а то и больше килограммов. И тоже, как и я когда-то, уверял, что не хочет жить. Я не пыталась заменить ему Женю, знала, что бесполезно. Но была рядом и помогала, чем могла. Моего молока хватило и на Лешу-младшего.

Спустя год после трагедии мы с Алексеем снова расписались. Сейчас сын называет меня мамой, хотя и про первую маму тоже знает. Такое не утаить, да я и не пытаюсь.

Иногда посреди ночи я просыпаюсь от мысли, что виновата в смерти Жени, но я этого не хотела. Мне просто надо было вернуть мужа в семью, которую она разбила. Так что, если все дело в магии, то и ее вина в этом есть.

Но все же мне хочется верить, что все это – стечение обстоятельств, несчастный случай. А никаких потусторонних сил на самом деле нет. В любом случае Лешу я всегда буду любить, как своего сына. А мужа никому не отдам».

Историю со слов героини публикации записала Лиза Сергеева.

Сейчас читают